January 10th, 2020

препод

"Лебединое озеро", Ильюшкина-Корнеев

При переходе от романтической Тальони к виртуозке Леньяни, когда вместо завороженого "ах" публика стала восклицать ошеломлённое "ух!", я принадлежала бы к ретроградам. "А для низкой жизни были числа", -- писал поэт. Да, числа правят миром -- количество денег, лайков, килограммов. Так дайте хотя бы в балете не считать, сколько туров скручено, а унестись в небеса! Правда, для этого нужны артисты особого, лирического склада, а его сохранить нелегко, особенно в жёстком мире театра.
Короче, дебюта Марии Ильюшкиной я ждала с нетерпением и трепетом. "Лебединое озеро" настолько люблю, что редко бываю до конца им довольна. Зато один из спектаклей с Лопаткиной и Зеленским стал потрясением жизни.
Сегодня спустя много лет я вновь оказалась в волшебном мире, где не раздумываешь, девушка перед тобой или лебедь, а видишь девушку-лебедя. Вот она, перед тобой, невозможная и все же реальная! Летит и плывет, словно птица, а любит и чувствует, как человек.
Ильюшкина превзошла мои ожидания. Технически все было прекрасно, особенно для дебюта -- фантастический апломб, фуэте на точке, шикарный прыжок. Но во время спектакля я этого не замечала, настолько естественным выглядело каждое па. Хочется сказать спасибо оркестру во главе с Грузиным, игравшему проникновенно и деликатно, помогая артистам, а не мешая, как иногда бывает. Музыка и танец Марии сливались воедино, трогая иногда до слез, ибо движение тела отражало движения души.
Одетта появлялась невесомая и почти неживая, заколдованная, полностью ушедшая в себя. Однако настойчивость Зигфрида заставляет ее очнуться. У Зигфрида-Никиты Корнеева тоже был дебют -- однозначно удачный. Принц получился юным и милым, при этом артист показал себя хорошим партнером и справился с вариациями. Мне понравились его аристократические манеры и доработанные, красивые движения, отсутствие погони за внешними эффектами. Просто Ильюшкина произвела столь сильное впечатление, что остальные померкли, даже замечательный Ротбарт-Зверев.
Адажио стало монологом Одетты, решившейся выплеснуть то, что долго копилось в душе. Она доверилась, а для нее это значит -- полюбила. И вариация, начавшаяся как рассказ о том, как страшно идти на риск, закончилась упоенными мыслями о свободе. Никогда еще я не видела Одетты, так восторженно о ней мечтающей.
"Какой же будет Одиллия?" -- думала я. Она явилась на бал -- и я ахнула. Иногда кажется, Черный лебедь -- обратная сторона белого, грань той же души. Сегодня это было не так. Увидев Одиллию, я вдруг поняла, что в Ильюшкиной при всей ее красоте нет ни грана самолюбования и кокетства. Зато в Одиллии их хватило бы на дюжину женщин. Застыла в совершенной позе, оглянулась: оценили, как я хороша? Все, что я делаю, идеально, а вы по сравнению со мной -- ничто. От интровертности до эгоцентризма один шаг -- но это шаг через пропасть, отделяющую добро от зла. Одетта замкнута не из высокомерия -- уважая окружающих, она не хочет взваливать на них груз своих проблем. Одиллия открыта, поскольку мир для нее -- лишь фон для демонстрации себя. Поразительно, как наглядно хореография это отражает закрытостью и открытостью поз.
И, наконец, третий акт. Я никогда не видела, чтобы Одетта столь явственно, прямо-таки словами говорила: мы теперь навсегда останемся лебедями, и виновата в этом я. Но если раньше, притерпевшись, она могла жить под властью Ротбарта, теперь для нее это равнозначно смерти. Принца встречает тень прежней Одетты, существо, душой ушедшее в иной мир, словно Джульетта, выпившая зелье (ох, как захотелось для Марии этой роли!). Лишь нападение Ротбарта на Зигфрида возвращает Одетту к жизни, заставляет снова чувствовать, любить и побеждать. И как же счастлива она была, когда с восходом солнца ее руки не превратились в крылья!
И я была счастлива, аплодируя снова и снова. Одно тревожит: теперь снова в кордебалет? Или что-то все-таки изменится?


P.S.
Спектакль всё не отпускает, и я, наконец, чётче сформулировала впечатление от Одиллии. Она не инфернальна. Контраст героинь в том, что Одетта -- существо волшебное, а Одиллия вполне узнаваема, даже современна. Из тех, кто выкладывает селфи в Инстаграм, считая лайки, хотя люди, их ставящие, для неё просто не существуют. Зигфрид лайкнул -- и больше не нужен:).