September 28th, 2018

препод

"Медный всадник", Пономарев-Шакирова-Сергеев

Скажу честно, на "Медного всадника" пошла ради Пономарева в роли Петра. Любимый артист потрясает в любом спектакле, а в этом его ещё не видела.
А увидеть стоило!  Это был настоящий Пётр! Нет, не настоящий, а тот, которого выдумал когда-то Пушкин.
"Выходит Петр. Его глаза
Сияют. Лик его ужасен.
Движенья быстры. Он прекрасен, 
Он весь, как божия гроза". 
Вот такой он и был, целиком заполняя собой сценическое пространство. А когда он силой воли создавал прекрасный призрак будущего города, у меня захватывало дух. Тем более, оркестр играл, как никогда, и музыка ошеломляла.
Евгением был столь же любимый Сергеев, Парашей Шакирова. Когда она появилась, я радостно решила, что зря придираюсь к девушке, вон какая миленькая. Однако стоило ей затанцевать, и каждое движение стало резать глаз. В итоге дуэта я не восприняла вообще.
Зато в сольных сценах Сергеев в очередной раз задел за живое. В первом акте -- не маленький, а обыкновенный хороший человек... хотя не столь обыкновенный, ведь увлекательная историческая сцена -- его рассказ! Во втором -- застенчивый и счастливый влюбленный, в третьем -- отчаянный, отчаявшийся и, наконец, лишившийся разума несчастный. Когда он трогательно протянул руки к дразнящим его детям, у меня слёзы навернулись на глаза.
И, наконец, в финале -- идеальный символ вечной любви, благословляющий новую жизнь. И я подумала: Пушкин в своей поэме не даёт однозначного ответа на вопрос, стоит ли великий город человеческих жертв. Достоевский потом говорит: не стоит и слезинки ребенка. А нынешний балет (и его великая музыка) уверяют: разумеется, стоит, и жертвы сами должны это понять.