February 11th, 2017

препод

"Лебединое озеро", Осмолкина-Сергеев

Из трех "Лебединых", подряд прошедших в Мариинке, я выбрала то, в котором надеялась на лучший дуэт. И не просчиталась!
Вообще спектакль получился на редкость гармоничным. С момента появления на сцене Зигфрида-Сергеева я полностью перенеслась в волшебный мир, который покинула лишь сейчас -- и то с трудом:).
В этом мире существуют принцы, умеющие веселиться, однако любящие книги больше вина, а свои мечты -- больше самого роскошного праздника. Казалось бы, чего еще желать: снисходительная мать, озорной шут,  жизнерадостный друг. Кстати, сегодня был тот редкий случай, когда "друг принца" оказался для меня не просто исполнителем мужской партии па-де-труа, а действительно другом. Я даже вспомнила его имя из старой постановки -- Бенно. Тимофеев стал так легко танцевать (чистота позиций напомнила мне Фадеева в этой роли), что даже, казалось бы, чисто технические партии наполняет внутренним смыслом. Он столь беззаботно пропорхал над сценой, что стало ясно, почему именно после появления друга Зигфрид посылает шута подшутить над наставником. В подобных развлечениях приятели привыкли проводить время, и Бенно зовет принца продолжить кутеж в разудалой компании.
Зигфрид отказывается и, оставшись один, танцует вариацию. Сергеев и до нее восхитил меня что повадкой истинного принца, что изумительными движениями рук, допевающими каждую музыкальную фразу.  А вариацию он исполнил так, что я чувствовала смысл каждого движения. Зигфрид сам не мог понять, почему, имея все, он тоскует и к чему стремится.
Он сбегает на озеро и встречает там Одетту. В исполнении Осмолкиной это не королева лебедей, а самая трогательная и беззащитная из них. Мне показалось, она влюбилась в принца с первого взгляда (я, впрочем, и сама поступила бы так же:)). Влюбилась -- но не верила в возможность счастья, боялась, что станет только хуже. А потом в адажио вдруг раскрылась. Мне чудилось, она говорит, говорит о пережитом, не в силах остановиться. Она нашла того, на кого может опереться, и доверилась ему безоговорочно и полностью. В вариации было так ясно видно, как она движется сперва острожно, а потом все быстрее и безоглядней.
Что интересно, вариация принца в черном акте показалась мне парной к этой. Зигфрид тоже пытается понять, можно ли довериться, а в конце решается. Чувствует неладное, но он так ждал Одетту, верил в ее приход, что не мог не обмануться. Одиллия Осмолкиной была не воплощением зла, а девушкой, для которой нет больше радости, чем обольстить мужчину, абсолютно ее не интересующего. Она видит партнера насквозь и понимает, что ему надо. Был очень заметен контраст закрытых поз Одетты, на фоне которых редкие моменты ее раскрытия выглядели как сильнейший душевный выплеск, и открытых, победоносных движений Одиллии.
При всей любви к нашим замечательным, сильным, самодостаточным балеринам, признаюсь: в третьем акте я была рада, наконец, увидеть Одетту, которая без Зигфрида ни за что бы не выжила:). Она простила его сразу... впрочем, и не обвиняла ни в чем. Просто не могла больше доверять, хотя по-прежнему любила. Ей хотелось попрощаться и тихо умереть, потому что жить не было больше смысла. Я давно не видела, чтобы попытка Одетты прикрыть Зигфрида собой от Ротбарта выглядела столь трогательно-безнадежной. Она вновь безоговорочно поверила Зигфриду, а он понял, что по-настоящему ей нужен. И хороший конец казался естественным.