September 18th, 2006

препод

Вечер современной хореографии 17.09.

Вечер был на редкость удачно скомпонован. В том смысле, что после «Летучести» Кононова все остальное казалось довольно милым. Если последняя «Шехерезада» могла отохотить зрительниц от измен, то «Летучесть» и вовсе способна толкнуть на путь целибата. Взаимоотношения любовной пары больше всего мне напомнили (пардон!) визит к гинекологу, закончившийся тяжелым абортом. Тем более, на заднике мелькали человеческие зародыши (видимо, специально для тех, кто пытался отвести взгляд от сцены).
На фоне этого даже «Чувство луны», при первом просмотре показавшееся ужасным, не особо впечатлило. Тем более, я догадалась заткнуть уши. Над сценой для разнообразия висел уже не зародыш, а сформировавшийся младенец. По-моему, у Кононова комплекс Ирода.
Незамутненное удовольствие я получила только от «Адажио». Смотрела и думала – пусть Меркурьев подольше ходит туда-сюда по сцене, он такой пластичный.
А еще, увидев подряд Захарову и Вишневу, я поняла, почему об уходе первой я не слишком сожалею, а почти полное исчезновение в афише Мариинки второй -- для меня трагедия.
Из обожаемого мною «Среднего дуэта» Захарова умудрилась сделать типичный концертный номер. Этот дуэт, на мой взгляд, очень энергозатратный для исполнителей. Он танцуется на нервном напряжении, герои все больше и больше скатываются в отчаянье. Подозреваю, отчаянье Захаровой вообще не свойственно, а тратить свою нервную энергию на зрителей она считает излишним. Она, как и везде, наслаждалась красотой своих движений. И в «Revelation» я видела то же самое – «ах, и у таких совершенных, как я, случаются проблемы, хоть мы этого и не заслуживаем». И все это – на экономном энергетическом нуле. А после этого вышла Вишнева и в удивительную кононовскую чушь щедро выплеснула столько своих душевных сил, что контраст для меня был разителен.